No Image

Школы с коррекционными классами

СОДЕРЖАНИЕ
0 просмотров
10 марта 2020

«Будешь так себя вести — отправишься в коррекционный» — эту фразу хоть раз в жизни слышал каждый школьник. Классами коррекции пугали и учеников, и их родителей, забывая об изначальном назначении этого направления. Сейчас, когда «классов здоровья» становится все меньше, «Летидор» разбирается, что же это такое, откуда взялось и стоит ли бояться подобных «угроз».

История коррекционных классов

Коррекционные классы (ККО) — часть образовательной системы, направленная на обучение детей с особенностями развития. Они создаются на базе обычных средних школ и преподают в них те же самые педагоги.

Первые коррекционные школы появились в Европе в середине XVI века, а в Российской Империи классы специального образования открылись в 1797 году. В СССР классы для детей с физическими и психологическими особенностями развития в общеобразовательных школах появились в 1923-1924 гг.

Все школы коррекции делятся на восемь типов, в зависимости от проблемы, которую предстоит решать.

I — для неслышащих детей;

II — для слабослышащих и позднооглохших детей;

III, IV — для детей с нарушениями зрения разной степени;

V — для детей с тяжёлой речевой патологией;

VI — для детей с нарушениями опорно-двигательного аппарата;

VII — для детей с задержкой психического развития, поддающейся коррекции;

VIII — для детей с умственной отсталостью.

Абсолютное большинство классов коррекции, действующих на базе общеобразовательных школ России, относится к VII типу.

Задачи и особенности классов коррекции

«Классы здоровья», существующие в общеобразовательных школах сегодня, призваны решать не столь глобальные задачи. Они созданы для обучения детей, не справляющихся с программой по состоянию здоровья или в связи с особенностями развития.

Чаще всего ребенка переводят в класс коррекции после 1-2 лет обучения в обычном, когда становится понятно, что воспринимать поступающую информацию наравне с одноклассниками он не способен. В этом случае комиссия из психолога, коррекционного педагога и логопеда должна аттестовать ребенка и информировать родителей о необходимости перевода.

Не стоит думать, что в этом случае школьник получит меньше знаний или «испорченный» аттестат. На самом деле программа включает абсолютно те же самые объемы знаний и перечень предметов, вот только занятия идут дольше, содержат спортивные перерывы, игры и отдых. Кроме того, в класс коррекции ходит от 5 до 15 человек, то есть учитель сможет уделять в несколько раз больше времени каждому воспитаннику.

Помимо преподавателя в классе находится еще один педагог, чья должность звучит как «освобожденный классный руководитель». Его задача — не в объяснении материала, а в работе с детьми, наблюдении за ними, решении возникающих сложностей или конфликтов.

Как правило, группа коррекции — это временная мера, и уже к 5 классу дети догоняют сверстников и переводятся к ним снова. Независимо от того, сколько лет шло коррекционное обучение, в аттестате это не будет указано и на возможностях дальнейшего обучения не отразится.

Показания для перевода в коррекционный класс

Несмотря на то, что решать вопрос о переводе ребенка в ККО должна комиссия, чаще всего решение принимается только одним учителем начальных классов или классным руководителем.

Если вы категорически против перевода ребенка в класс коррекции, альтернативой может стать другая школа или обучение на дому. Хотя ситуацию сложно назвать приятной, не стоит видеть в ней лишь негативные стороны — за предыдущие четверти вы сами могли заметить, что ребенок не тянет общую программу, а ККО даст шанс это исправить.

Все случаи индивидуальны, однако чаще всего в коррекционные классы отправляются дети со следующими проблемами:

  • Задержка психического развития (ЗПР) конституционального происхождения, то есть наследственная, повторяющая одного или обоих родителей;
  • ЗПР соматогенного происхождения, связанная с длительными и тяжелыми заболеваниями, перенесенными в раннем детстве и оставившими последствия, снижающие работоспособность (приступы головной боли, утомляемость);
  • ЗПР психогенного происхождения — проявляется у здоровых детей, воспитывающихся без родителей и в проблемных семьях;
  • ЗПР церебрально-органического происхождения, которые возникают у детей во время внутриутробного периода развития из-за болезни матери или ее же вредных привычек.

Каких детей обучают в коррекционных школах. Белый список специальных школ.

Большинство родителей (особенно пап) с трудом выносят сами слова "нарушение", "коррекционный" применительно к своим детям. Но что же делать, если в вашей семье растет особый малыш? Чем ближе к 6-7 годам, тем острее встает вопрос о получении образования и тем мучительнее дается ответ на него.

По закону

Закон об образовании гарантирует всем гражданам страны право на обучение. И выбирать, где и как учиться ребенку, могут сами родители. В принципе.

Для детей с проблемами развития, как гласит тот же закон, государство должно создать подходящие условия для обучения. Коррекционные школы и классы и есть те самые "условия". И получить там можно полноценное среднее образование. Или просто — читать, писать и ориентироваться в быту. Выбор программы зависит от тяжести случая.

А если коррекция прошла успешно и ребенок догнал ровесников, можно перевести его в обычный класс.

Школы особого вида

  • 1 вида — для глухих
  • 2 вида — для слабослышащих и позднооглохших
  • 3 вида — для незрячих и детей с остаточным зрением
  • 4 вида — для слабовидящих и поздноослепших
  • 5 вида — для детей с тяжелыми нарушениями речи
  • 6 вида — для детей с нарушениями опорно-двигательного аппарата
  • 7 вида — для детей с задержкой психического развития
  • 8 вида — для детей с умственной отсталостью

Для детей с тяжелыми соматическими заболеваниями создаются школы надомного обучения. Для ослабленных детей и детей с психоневрологическими заболеваниями — школы санаторного типа.

Трудный выбор

В теории все звучит хорошо, правда? Так почему же родители, как от чумы, бегут от коррекционных школ и готовы нанимать репетиторов чуть не с первого класса, лишь бы пойти в "обыкновенное" учебное заведение?

Нередко папы и мамы просто не готовы смириться с особостью своего ребенка. "Это учителя не умеют его учить" (и они зачастую действительно не умеют). "С ним надо больше заниматься" (да — если знать, как именно). "Надо просто построже спрашивать" (а вот это может кончиться очень печально). Записывать ребенка в "отстающие" не хочется. Да и страшно — вдруг "слабый" старт захлопнет перед ним двери в большой мир?

Читайте также:  Почетное звание заслуженный юрист рф

Не будем забывать еще о том, что нередко коррекционные школы — это интернаты. Ребенок живет там пять дней в неделю, возвращаясь домой только на выходные. Почему? Мало специалистов, умеющих работать с "проблемными" детьми. Возить особого ребенка два часа в одну сторону — мучение. А оставить одного — мучительней втройне.

Что же на другой чаше весов?

Многие родители все-таки решаются отдать ребенка в "спецшколу" или класс коррекции. В массовой школе ребенку с задержкой в развитии придется нелегко: в ней нет специалистов, знающих и понимающих, как с ним работать. Маленький, не очень здоровый человек должен в одиночку справиться со своими проблемами. В жертву предполагаемому успешному будущему приносится настоящее, в котором поселяются страхи, неврозы, тревоги, частые болезни. Самое страшное, что может подстерегать особого ребенка в обычном классе, — не насмешки детей и не жадное любопытство взрослых, а постоянное ощущение "я хуже всех". То, что у других получается играючи, от него требует напряжения всех сил. Долго ли ребенок сможет догонять одноклассников без надежды сравняться с ними? Тревожность ("Продержаться бы сегодня. сейчас. еще один урок. ") переходит в апатию ("А зачем стараться? Все равно не получается!"). Апатия перетекает в депрессию ("У меня никогда ничего не выйдет!") или протест ("Все плохо? Так пусть будет еще хуже!"). В результате ребенок не просто останавливается в развитии, но и теряет с трудом завоеванные крупицы знаний и умений. Происходит то, что психологи называют "тотальным регрессом". Уверенность "я — неудачник" остается с человеком на всю жизнь, нередко определяя все ее дальнейшее течение и ставя под угрозу то самое светлое будущее, ради которого все и затевалось.

Хорошая коррекционная школа предлагает ребенку то, чего не найдешь больше нигде, — от дефектолога и психолога до фитобара, кислородных коктейлей, иппотерапии и специального массажа. Маленькие классы, спокойный темп, учитель со специальной подготовкой — очевидные плюсы.

Но — клеймо "класса для дураков". Но — искусственная среда, никак не готовящая к выходу в большой жестокий мир. Но — ограниченность общения ("За кем он будет тянуться?" — спрашивают родители). Наконец — "Мой ребенок учится в школе для детей с задержкой психического развития". Для многих — невыносимо.

Доктор, дай лапу!

В борьбе за будущее подходят все средства. В комплексе. В хороших спецшколах это прекрасно понимают и стремятся по мере возможностей (у частных центров их побольше, у государственных поменьше) уделять внимание не только учебе. Самое простое и эффективное средство для поднятия иммунитета и работоспособности — фитобары с лечебными чаями и кислородными коктейлями — доступно всем. Бассейн, специальная гимнастика и массаж — тоже не редкость. "Конек" 532-й школы — занятия по методу Монтессори. Специалисты из "Святого Георгия" делают ставку на экзотическую пока эвритмию. "Ковчег" обещает арт-терапию и исцеляющее общение с лошадьми — иппотерапию. А еще можно отправиться к "собачьему доктору" в кинологический центр "Ордынцы" на сеанс канистерапии, или к белухе Касперу — на "лечение дельфинами".

Все вместе

Довольно симпатичный вариант, который только-только начинает появляться в России, — это школы интегрированного обучения. Здесь учатся вместе все дети, независимо от наличия или отсутствия диагнозов. Все движутся в общем потоке, но каждый в своем темпе — по здоровью и по способностям.

Ну, где вы еще найдете команду специалистов (врач, психолог, нейропсихолог, дефектолог), которая к каждому ребенку подходит индивидуально и разрабатывает план действий для педагогов, родителей и учеников? А семейный психолог помогает папам и мамам понять и принять особенности ребенка.

Казнить нельзя помиловать

Вбросить особого ребенка в массовую школу, где никто не знает, что с ним делать, — поступок бесчеловечный. Учебное заведение должно быть готово принять ребенка, а тот — следовать школьным порядкам и учебной программе без ущерба для психического и физического здоровья. Задача родителей — привести эти непростые требования к общему знаменателю. И сделать этот выбор придется с открытыми глазами.

Прямая речь

Екатерина, мама Златы Левченко (у Златы аутизм):

"Когда пришло время отдавать Злату учиться, я, как и большинство родителей, не хотела даже думать о коррекционной школе. Однако больше никуда нас не брали. И мы решили попробовать. Я не жалею совершенно. Дочка каждое утро радостно бежит на учебу, где ей уделяют много внимания. В классе всего 6 человек, и подход к каждому ребенку индивидуальный. Программа, конечно, слабовата, но у Златы проблемы с мелкой моторикой и речью, поэтому ей пока достаточно нагрузки. Когда решим наши проблемы, тогда, конечно, будем искать что-то другое".

Сегодня в нашей стране активно ведутся разговоры о нуждах детей с особенностями развития, об их интеграции в общество и правах. Разумеется, когда мы говорим о становлении ребенка как личности, первое, что приходит на ум, это образование. Очень часто для мамы особого ребенка надвигающаяся школа — это повод для тревоги и даже страха. Ведь нужно учесть множество факторов и нюансов, чтобы он мог учиться, при этом быть счастливым и спокойным и в будущем иметь возможность профессионально реализоваться.


Так сложилось, что в России много лет работает система специальных коррекционных образовательных учреждений для детей с ограниченными возможностями здоровья. Считается, что там им будет легче освоить программу. Но несмотря на расхожий стереотип о том, что ребенок с особенностями должен быть обязательно отправлен в подобное образовательное учреждение, закон об образовании не предусматривает никаких обязательных разделений. Специальные коррекционные школы созданы для помощи, а не для изоляции. Все дети имеют законное право учиться в совершенно обыкновенных школах. Это труднореализуемо, часто это не целесообразно, но в любом случае, родители должны знать, что по закону все предложения о переводе ребенка в коррекцию носят только рекомендательный характер. Дело родителя, следовать рекомендации или нет. К сожалению, ситуация в нашей системе такова, что мама любого ребенка, тем более особого, должна знать свои и его права.

Читайте также:  Ярославль 66 что за письмо откуда

Другое дело, что ребенку может быть лучше именно в коррекционной школе, где ему помогут и учтут именно его темпы, где он будет более спокоен и успешен. В любом случае, отталкиваться стоит от интересов и возможностей ребенка.

Попасть в коррекционную школу можно по результатам психолого–медико-педагогической комиссии. Ее обычно рекомендуют пройти те, кто работает с ребенком, то есть учителя или воспитатели. Также родители сами могут записаться на нее, если считают, что у ребенка есть проблемы в развитии и ему нужен индивидуальный образовательный маршрут. Коме того, на основании заключения комиссии производятся все переводы из вида в вид, а также из специальной школы в массовую.

Ребенка смотрит ряд специалистов в зависимости от характера его нарушений. Это и врачи (невролог, психиатр, лор, окулист и др.), и психологи, и педагоги, и социальные работники. Ему даются задания, соответствующие возрасту, кроме того, специалисты опираются на характеристику педагогов и сведения, полученные от родителей. Изучив и сопоставив все вводные, комиссия выносит свой вердикт и рекомендует родителям и ребенку подходящую школу.

По крайней мере, так должно быть. Но зачастую ПМПК носят формальный характер, основываясь не на реальном состоянии ребенка, а на характеристике учителя или на заключениях предыдущих ПМПК. Надо отметить, что условия, в которых проходит проверка, очень не просты для любого ребенка, тем более, если у него есть проблемы с психическим или речевым развитием. Поэтому родителям, которые отправляются на такую комиссию, следует подготовить к ней малыша морально и самим тоже подготовиться, не волноваться и отнестись как к неизбежной необходимости. Можно озвучить специалистам консилиума ваши предпочтения по школе, выслушать их соображения. Но самое главное, что должны помнить родители, — заключение комиссии носит исключительно рекомендательный характер. Вы имеете право оспорить это заключение и пройти комиссию на городском уровне или требовать пересмотра результата, если вы не согласны с предложенным видом школы. В общеобразовательной школе ребенок может учиться без всяких комиссий.

Современная система коррекции в Санкт-Петербурге может предложить детям и родителям 8 видов специальных школ:

Школы I вида предназначены для неслышащих детей. Ученики занимаются в небольших группах по 5 – 6 человек. Школа должна быть оснащена необходимой техникой, для того чтобы облегчить детям восприятие материала. Как ни странно, язык жестов, по нормативам, в школах I вида преподается факультативно.

Обучение подразумевает три ступени: начальное, основное общее и полное. Но растянуться оно может на 12 или даже 13 лет. По окончании школы выпускники получают соответствующие документы государственного образца.

Школы II вида созданы для слабослышащих детей. Это те, кто имеет частичную потерю слуха и, возможно, в связи с этим, частичное недоразвитие речи. В зависимости от тяжести патологии дети распределяются на одно из двух отделений. Здесь можно доучиться до ЕГЭ и получить аттестат зрелости. Школа должна быть оснащена специальным оборудованием для усиления звука. Дети обучаются в классах численностью не более 10 человек. Кроме того, для них предусмотрены индивидуальные занятия по развитию речи.

В школы III и IV вида идут дети с различными нарушениями зрения. III вид предусмотрен для незрячих и для детей с остаточным зрением. Классы здесь насчитывают до 8 человек. В IV виде учатся слабовидящие и дети с другими нарушениями зрения. Количество человек в классе не должно превышать двенадцати. Обучение длится 12 лет, учащиеся проходят полный образовательный курс и получают свидетельство государственного образца об окончании школы. Школа должна располагать специальной аппаратурой, тифлоприборами. В основу обучения положена система Брайля.

V вид — речевые школы. Туда идут дети с различными патологиями речи. Так как этим патологиям часто сопутствуют и проблемы психического развития, педагоги должны это учитывать. В речевой школе может быть два отделения: первое — для детей, имеющих тяжелое нарушение речи или общее недоразвитие речи, второе — для детей, страдающих заиканием при нормальном развитии речи.

Если развитие речи у ребенка в процессе обучения нормализуется, родители могут перевести его в общеобразовательную школу. Для этого снова придется проходить ПМПК.Речевая школа не подразумевает старших классов, ребята сдают ГИА и получают соответствующее свидетельство. Как правило, в речевых школах учатся по общеобразовательной программе, с учетом речевых особенностей, в классах не более 12 человек. Должна вестись индивидуальная и групповая работа по развитию речи.

Школы VI вида созданы для детей с различными нарушениями опорно-двигательного аппарата. Здесь они получают начальное, основное и среднее общее образование, обучение длится 11-12 лет. Программа в школе общеобразовательная. Классы небольшие, до десяти человек. Во время обучения с детьми должны заниматься не только освоением школьной программы, но и непосредственно проблемами опорно-двигательного аппарата. Согласно штатному расписанию школе положен логопед.

VII вид — школа для детей с задержкой психического развития. У таких детей потенциально сохранен интеллект, но в связи со слабой памятью, быстрой истощаемостью, эмоциональной неустойчивостью им тяжело учиться в больших классах обычных школ. В идеале школа VII вида должна рассматриваться как подготовка ребенка к обучению в общеобразовательной. Туда с одобрения ПМПК его могут перевести, когда родители и специалисты сочтут его готовым. Как правило переводы начинаются после начальной школы.

На деле сменить школу VII вида на массовую может быть очень непросто. Ни ПМПК, ни учителя не хотят связываться с детьми из коррекции. Разумеется переводиться можно и порой нужно, но надо делать это очень внимательно, тщательно подбирая школу и педагога, чтобы ребенку было комфортно. Попадают в учреждения VII вида через ПМПК только ученики 1, 2 и, в порядке исключения, 3-го класса. Дети учатся здесь с 1 по 9 класс по общеобразовательной программе, специально адаптированной под их особенности. Классы малокомплектные, не более 12 человек. Помимо этого, предусмотрены дополнительные занятия в группах по 2-3 человека. В конце 9 класса выпускники сдают ГИА и получают соответствующий аттестат.

Школы VIII вида созданы для детей с умственной отсталостью. Подразумевается, что эти школы нужны для того, чтобы помочь таким детям интегрироваться в общество. Очень большое внимание должно уделяться трудовой подготовке, в некоторых случаях возможна производственная практика.

Читайте также:  Как узнать оценки через госуслуги

Усиленная трудовая подготовка осуществляется в тех школах VIII вида, которые предусматривают 10 и 11 класс. Кроме того, школа должна иметь достаточную материальную базу для создания классов трудовой подготовки и проведения производственной практики. Если ученик хорошо освоит изучаемую профессию, он может получить соответствующий разряд или квалификацию.

Количество детей в классе не превышает 12 человек. Обучение идет по общеобразовательной, специально адаптированной программе. Завершается оно аттестацией по трудовому обучению. По состоянию здоровья учащиеся могут быть освобождены от аттестации. После школы они получают документ, свидетельствующий об их участии в обучении. С таким документом можно пойти в ПТУ или, если человек в состоянии, в вечернюю школу, чтобы получить среднее образование и аттестат зрелости. В рамках VIII вида также могут быть созданы классы для учеников с глубокой умственной отсталостью. Там учится не более 8 детей.

Для всех видов школ предусмотрен дополнительный класс. Туда идут дети 6-7 лет, которые не посещали дошкольное учреждение.

Помимо специальных школ существует более интегративный вариант — классы компенсирующего вида на базе общеобразовательных учреждений. Это малокомплектные группы, в которых учатся дети с особыми потребностями. Например, это речевые классы, классы выравнивания, классы по охране зрения и др. Вряд ли такой вариант подойдет учащимся с тяжелой патологией, но это может стать решением для так называемых «пограничных» детей. Направление в эти классы, также как и в коррекционные школы, выдает ПМПК. Чтобы узнать, в каких школах вашего района такие классы есть, можно позвонить в РОНО.

Кроме того, некоторые дети имеют право на индивидуальное обучение на дому. Для того чтобы учиться таким образом, необходимо оформить документы, подтверждающие невозможность ученика посещать школу каждый день. Ребенок может учиться дома постоянно или ходить на некоторые уроки вместе со всеми. Интенсивность обучения также зависит от возможностей конкретного ребенка. По закону, обучающийся на дому, должен получить все необходимые для этого технические средства. Ребенок может учиться дома весь период пребывания в школе или некоторое время вплоть до изменения состояния его здоровья. Существует список заболеваний, при которых предоставляется надомное обучение. Такая форма обучения возможна и в общеобразовательной, и в коррекционной школе.

К сожалению, учителя и администрация школ как обычных, так и коррекционных, часто пытаются отправить «неудобных» учеников именно на надомное обучение, потому что им тяжело справиться с поведением ребенка. Родителям надо иметь ввиду, что подобные манипуляции невозможны без их согласия. И если есть стойкое желание оставить ребенка в коллективе, нужно набраться терпения и сил, чтобы не уступить напору учителя. Но все же отталкиваться следует от интересов и потребностей ребенка. Не всегда пребывание в школе и связанный с этим стресс пойдут ему на пользу.

Как бы хорошо все не выглядело в теории, на практике это не всегда так. Бывает, что детям не хватает учебников, нет необходимой аппаратуры. Родители часто жалуются, что вынуждены покупать многое сами. Кроме того, проблемы возникают непосредственно с пониманием задачи коррекционной школы как таковой. Зачастую выходит так, что ребенок, вроде бы направленный в школу для того чтобы получить помощь, оказывается неудобен ей. И порой дети с тяжелыми патологиями, которым очевидно показаны эти школы, остаются за бортом, отправляются на надомное обучение или в нежелаемый вид из-за поведенческих проблем. Бывает, что из массовых школ в коррекцию пытаются «спихнуть» неудобных, сложных, гиперактивных детей, детей неблагополучных. Очень часто это не оправдано. Не говоря уже о том, что большинство особых детей спокойно могут идти по показаниям сразу в несколько видов. Но там, где работают с одной патологией, не всегда могут справиться с сопутствующими проблемами ребенка.

Сегодня в России все больше говорится об эксклюзивном образовании, когда все дети, независимо от их диагнозов, учатся вместе в общеобразовательных школах. Считается, что это воспитывает толерантность, дает шанс ребятам с ограниченными возможностями здоровья интегрироваться в общество с самого детства, в общем, всем это должно быть удобно. За рубежом такая система действует давно и успешно. Начинают внедрять ее и у нас. В Москве, к примеру, с радостью ухватились за эту идею. Сейчас там пытаются свести к минимуму систему коррекционных школ и детских садов, объединив их с общеобразовательными учреждениями. Но, подписываясь на очередное массовое благо, московские чиновники не подумали, что под каждую посадку необходимо подготовить почву.

Ни с одной стороны общество не готово пока принять инклюзию. Ведь для ребят с особенностями нужны адаптированные программы, индивидуальный подход, техническое оснащение, помощники. Учителям необходимо обладать определенными навыками для работы с такими детьми. Их должны безоговорочно принять одноклассники. В свою очередь, их нахождение в классе не должно мешать учиться остальным. Родители детей с особенностями должны быть готовы выпустить свое чадо в коллектив к ровесникам. Одним словом, всем участникам образовательного процесса важно понять и принять всю суть инклюзии и самим включиться в ее осуществление. Но после долгих лет изоляции инвалидов очень трудно требовать от людей бесстрашного, полного и главное моментального их приятия. Тем более что информации крайне мало, а страхов и предрассудков великое множество.

Пока Санкт-Петербург не собирается отказываться от системы коррекции, и это прекрасно, поскольку у людей должен быть выбор пути. Но начать движение к инклюзии стоит. Ведь правильно оформленная модель инклюзивного образования идеальна для всех. В первую очередь, учителям, врачам, родителям, чиновникам от образования необходимо сменить свое отношение к задачам коррекционных школ, к их учащимся, к работе в них. Обучение особого ребенка не должно быть борьбой его матери с системой и выбором из двух зол, не должно привести к полной бесперспективной изоляции ребенка и к его озлоблению. Оно должно стать радостью, помощью и сопровождением его во взрослую жизнь.

Все школы со специализацией «Дети с особенностями развития» в Санкт-Петербурге.

Комментировать
0 просмотров
Комментариев нет, будьте первым кто его оставит

Это интересно
No Image Юридические советы
0 комментариев
No Image Юридические советы
0 комментариев
No Image Юридические советы
0 комментариев
Adblock detector